Порок воли

Порок воли

Сделки с пороками в субъектном составе.

Сделки с пороками в субъекте следует подразделять на две группы. Первая связана с недееспособностью граждан, а вторая – со специальной правоспособностью юридических лиц либо статусом их органов. Раздельный анализ сделок, совершаемых гражданами и юридическими лицами, обусловлен характером совершаемых действий. Сделка как волей акт требует наличия дееспособности у лица, ее совершающего. Поскольку дееспособность юридического лица неразрывно связана с его правоспособностью, то состав недействительных сделок, основанных на полном или частичном отсутствии дееспособности, не могут быть применены к юридическим лицам.

Недействительность сделок, участниками которых являются граждане, основывается на тех же критериях, что и общие правила о возникновении дееспособности, а именно на таких критериях, как возраст и психическое сформулированы следующие составы недействительных сделок:

а) сделки, совершаемые гражданами, признанным недееспособным2, где сделка по распоряжению имуществом, совершенная без согласия попечителя гражданином, ограниченным судом в дееспособности вследствие злоупотребления спиртными напитками или наркотическими средствами, может быть признана судом недействительной по иску попечителя.

б) сделки, совершаемые гражданином, ограниченным судом в дееспособности3,

в) сделки, совершаемые несовершеннолетним в возрасте старше 14 лет4, где сделка, совершенная несовершеннолетним в возрасте от 14 лет до 18 лет без согласия родителей, усыновителей или попечителей, в случаях, когда такое согласие требуется в соответствии со ст. 26 ГК, может быть признана судом недействительной по иску родителей.

По таким сделкам дееспособность сторона обязана, помимо исполнения общего требования по недействительным сделкам, возместить другой стороне реальный ущерб, понесенный в результате заключения недействительной сделки. Такая обязанность возлагается на дееспособность другой стороны.

Сделки, совершенные гражданами, признанными дееспособными, а также малолетними, т.е. не достигшие 14 лет, являются недействительными с момента их заключения, однако закон предусматривает возможность признания за этими сделками юридической силы, ели сделка совершена к выгоде малолетнего или недееспособного гражданина.

Обратная ситуация со сделками, совершенными несовершеннолетними старше 14 лет и гражданами, ограниченными судом в дееспособности вследствие злоупотребления спиртными напитками или наркотическими средствами. Поскольку у этих лиц имеется хоть частичная дееспособность, то недействительными могут быть признаны только сделки, требующие в соответствии с законом согласия родителей, усыновителей или попечителей на их свершение.

Законом предусмотрено два состава недействительных сделок юридических лиц: сделки, совершенные юридическим лицом в противоречии с целями деятельности, определенно ограниченными в его учредительных документах, либо юридическим лицом, не имеющим лицензию на занятие соответствующей деятельностью5, и сделки, совершенные органами юридического лица с превышением их полномочий (ст. 174 ГК). Объединяет оба этих два состава то, что их недействительность жестко связана с установлением факта, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать о незаконности ее свершения. Это правило еще раз подтверждает, что законодатель стремится наделить юридическое лицо общей правоспособностью, ведь в случае в случае незнания другим участником сделки о существующем пороке сделки, последняя не может быть признана недействительной. Следовательно, закон признает действительными сделки, совершенные с нарушением правил о правоспособности юридических лиц, если другая сторона в сделке об этом знает.

Требование о признании сделок юридического лица недействительными в связи с нарушением его правоспособности может быть заявлено либо государственным органом, осуществляющим контроль или надзор за деятельностью юридического лица, например, налоговой инспекции, прокуратурой и т.д.

Полномочия лица на совершение сделки могут быть ограничены договором, а полномочия на совершение сделки органом юридического лица также его учредительным документом. Если сделка совершена с превышением полномочий, т.е. ограничения на ее совершение нарушены, то по иску лица, в интересах которого ограничения были установлены, она может быть признана недействительной лишь в случаях, когда доказано, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать об указанных ограничениях. Если же доказать этот факт не представляется возможным, применяется правило ст. 183 ГК, т.е. считается, что сделка совершена от имени и в интересах совершившего ее лица. Наиболее часто встречается ограничение полномочий органа юридического лица.

Применяя правило ст. 174 ГК, следует учитывать разъяснения относительно проверки полномочий руководителей филиалов и представительств на совершение сделок от имени юридического лица и последствий превышения этих полномочий, которые даны в п.20 постановления Пленума Верховного Суда РФ и Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 1 июля 1996 г.

27. Сделки с пороками субъектного состава. Понятие, виды, последствия недействительности.

Недействительные сделки могут быть сгруппированы в зависимости от того, какой из элементов сделки оказался дефектным. Так, можно подразделить недействительные сделки на сделки с пороком субъектного состава, сделки с пороками воли, сделки с пороками формы и сделки с пороками содержания. Наряду с отдельными составами недействительных сделок закон формулирует общую норму, согласно которой недействительной является любая сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов (ст. 168 ГК). Сделки с пороками в субъекте следует подразделить на две группы Первая связана с недееспособностью граждан, а вторая — со специальной правоспособностью юридических лиц либо статусом их органов.

Сделка как волевой акт требует наличия дееспособности у лица, ее совершающего. Поскольку дееспособность юридического лица неразрывно связана с его правоспособностью, то составы недействительных сделок, основанных на полном или частичном отсутствии дееспособности, не могут быть применены к юридическим лицам. С другой стороны, при определении круга недействительных сделок с пороками в субъекте надлежит учитывать, что правоспособность юридических лиц, в отличие от правоспособности граждан, может быть не общей, а специальной.

Недействительность сделок, участниками кот. являются граждане, основывается на тех же критериях, что и общие правила возникновения дееспособности, а именно на таких критериях, как возраст и психическое отношение к совершаемым действиям. По этим критериям законом сформулированы следующие составы недействительных сделок: а) сделки, совершаемые гражданином, признанным недееспособным (ст. 171 ГК), б) сделки, совершаемые гражданином, ограниченным судом в дееспособности (ст. 176 ГК), в) сделки, совершаемые несовершеннолетним в возрасте до 14 лет (ст. 172 ГК), г) сделки, совершаемые несовершеннолетним в возрасте старше 14 лет (ст. 175 ГК). По таким сделкам дееспособная сторона обязана, помимо исполнения общего требования по недействительным сделкам, возместить другой стороне реальный ущерб, понесенный в результате заключения недействительной сделки. Такая обязанность возлагается на дееспособную сторону в случае, если она знала или должна была знать о недееспособности другой стороны.

Сделки, совершенные гражданином, признанным недееспособным, а также малолетним, т.е. не достигшим 14-летнего возраста, являются недействительными с момента их заключения, однако закон предусматривает возможность признания за этими сделками юридической силы, если сделка совершена к выгоде малолетнего или недееспособного гражданина. Для этого лица, уполномоченные законом его представлять,- родители (усыновители) или опекуны должны предъявить в суде требование о признании совершенной их подопечным сделки действительной.

Законом предусмотрено два состава недействительных сделок юридических лиц: сделки, выходящие за пределы специальной правоспособности юридического лица (ст. 173 ГК), и сделки, совершенные органами юридического лица с превышением их полномочий (ст. 174 ГК). Объединяет оба этих состава то, что их недействительность жестко связана с установлением факта, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать о незаконности ее совершения. Сделки с пороками воли можно подразделить на сделки, совершенные без внутренней воли на совершение сделки, и сделки, в кот. внутренняя воля сформировалась неправильно.

Порядок и последствия признания сделок недействительными. Совершение сделки, имеющей порок какого-либо из элементов ее состава, не может породить юридических последствий. Однако в силу наличия внешней формы заключенной сделки факт ее недействительности нуждается в констатации либо в указании на наличие порока, делающего сделку недействительной. Недействительные сделки различаются в зависимости от того, требуется ли для ее признания недействительной решение суда, либо сделка является недействительной независимо от такого решения. Первые сделки именуются оспоримыми, вторые — ничтожными. К какой из групп отнести ту или иную недействительную сделку — определяется законом. Так, ГК установил, что все сделки, по общему правилу, являются ничтожными, а оспоримыми только в случаях, прямо предусмотренных законом. Оспоримость сделки означает доказывание какого-либо факта, имеющего значение для действительности сделки. В основном подлежат доказыванию вопросы, связанные с наличием воли и правильным ее отражением в волеизъявлении, либо наличие или отсутствие согласия опекуна или попечителя на совершение сделки. Оспоримой сделка может быть признана только судом, и до вынесения судебного решения никто, в том числе и никакой государственный орган, не вправе объявлять оспоримую сделку недействительной. Если иск о признании оспоримой сделки не предъявлен в течение установленного законом срока исковой давности, то сделка считается действительной. Иной характер имеют ничтожные сделки. Ничтожная сделка недействительна изначально, ее порок настолько серьезен, что не требует установления этого факта судебным либо иным органом. Поэтому при установлении порочности какого-либо из элементов ничтожной сделки любой орган, гражданин или организация вправе потребовать применения последствий недействительности ничтожной сделки. К числу оспоримых сделок законом отнесены сделки юридического лица, выходящие за пределы его правоспособности, сделки, совершенные представителем или органом юридического лица с превышением полномочий, сделки несовершеннолетних старше 14 лет и граждан, ограниченных в дееспособности вследствие злоупотребления спиртными напитками или наркотическими веществами, совершенные без согласия родителей или попечителей этих лиц, сделки граждан, не способных понимать значение совершаемых ими действий или руководить им, а также все сделки с пороками воли и волеизъявления, т.е. совершенные под влиянием заблуждения, обмана, насилия, угрозы, злонамеренного соглашения представителя одной стороны с другой или стечения тяжелых обстоятельств. Все остальные недействительные сделки законом объявлены ничтожными, в частности, ничтожны мнимые и притворные сделки, сделки недееспособных граждан, сделки, не соответствующие требованиям закона, совершенные с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности, сделки, заключенные без соблюдения требуемой законом нотариальной формы или гос-ой рег-ии. В случае, когда закон не указывает конкретно, является ли данная сделка ничтожной или оспоримой, а говорится лишь о недействительности сделки, следует обратить внимание на то, имеется ли указание закона на признание сделки недействительной судом. При отсутствии такого указания сделка является ничтожной.

Признание сделок недействительными связано с устранением тех имущественных последствий, кот. возникли в результате их исполнения. Общим правилом является возврат сторон в то имущественное положение, которое имело место до исполнения недействительной сделки. Каждая из сторон обязана возвратить другой стороне все полученное по недействительной сделке. Такой возврат сторон в первоначальное положение называется двусторонней реституцией. Если исполненное возвратить в натуре невозможно, как, например, в случае пользования вещью, выполнения работ, оказания услуг либо гибели или утраты вещи, то сторона обязана возместить стоимость утраченной вещи, работ, услуг или наемной платы, т.е. заменить исполнение в натуре денежной компенсацией (ст. 167).

В отдельных случаях закон предусматривает санкцию за совершение недействительной сделки в виде взыскания полученного в доход государства. Эта санкция касается только виновной стороны, умышленно совершающей недействительную сделку, потерпевшей же стороне возвращается все полученное виновной стороной либо присуждается компенсация при невозможности возврата в натуре. Такая санкция предусмотрена в отношении виновной стороны за совершение сделки под влиянием обмана, насилия, угрозы, злонамеренного соглашения представителя одной стороны с другой или стечения тяжелых обстоятельств. Если виновны в совершении противоправной сделки с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности, обе стороны, то в доход Российской Федерации взыскивается все полученное сторонами либо причитающееся к исполнению. Если виновно действовала только одна сторона, то виновная обязана возместить другой стороне все полученное по сделке, а причитающееся виновной стороне взыскивается в доход государства.

Наряду с общими последствиями недействительности сделок применяются и специальные в виде возложения обязанности возместить ущерб, понесенный одной из сторон вследствие заключения и исполнения недействительной сделки. Эта санкция может рассматриваться в качестве меры гражданско-правовой ответственности.

Сделки с пороками субъектного состава могут быть и оспоримыми и ничтожными.

Ничтожные:

Совершенные недееспособными. Последствия – двусторонняя реституция + реальный ущерб, если дееспособный знал о недееспособности другого. Может быть по требованию опекуна признана действительной, если она к выгоде недееспособного.

Совершенная малолетним (до 14 лет). Последствия – двустороння реституция + возмещение реального ущерба дееспособной стороной. По требованию родителей, опекуна, усыновителей может быть признана действительной, если к выгоде малолетнего. Не распространяются на мелкие бытовые, безвозмездные сделки, карманные деньги с согласия.

Оспоримые:

Сделки, выходящие за пределы правоспособности: без лицензии, противоречие уставным целям. Нужно доказать, что другая сторона знала или должна была знать о ее незаконности.

Сделки, совершенные лицом с превышением полномочий: полномочия могут быть ограничены договором, законом, учредительными документами, доверенностью, явствуют из обстановки. Истцами могут быть лица, в интересах которых установлены ограничения, но если доказано, что другая сторона знала или должна была знать об ограничениях.

Совершенные несовершеннолетним 14-18 лет;

Ограниченными в дееспособности;

Не способным понимать значение своих действий и руководить ими: если без письменного согласия родителей, попечителей, усыновителей, того, кто был невменяем, чьи интересы нарушены – они подают иск. Последствия – двустороння реституция + возмещение реального ущерба дееспособной стороной.

Сделки с пороками субъектного состава следует подразделять на две группы: первая связана с недееспособностью граждан, а вторая – со специальной правоспособностью юридического лица либо статусом его органов.

К недействительным сделкам в связи с пороками дееспособности граждан относятся:

а) сделки, совершаемые гражданами, признанными недееспособными (ст.172 ГК) Такая сделка ничтожна. Однако в интересах гражданина, признанного недееспособным по этому основанию, может быть по требованию его опекуна признана судом действительной, если она совершена к выгоде этого гражданина;

б) сделки, совершенные несовершеннолетними, не достигшими четырнадцати лет (малолетними). Они также ничтожны, за исключением сделок, перечисленных в п.2 ст.27 ГК, которые малолетние вправе совершать самостоятельно. Однако в интересах малолетнего совершенная им сделка может быть по требованию его родителей, усыновителей или опекуна признана судом действительной, если она совершена к выгоде малолетнего (п.2 ст.173 ГК);

в) сделки, совершенные несовершеннолетними в возрасте от 14 до 18 лет без согласия их родителей, усыновителей или попечителя, в случаях, когда такое согласие требуется в соответствии со ст.25 ГК. Такая сделка является оспоримой и может быть признана судом недействительной по иску родителей, усыновителей или попечителя (ст.176 ГК);

г) сделки, совершаемые гражданином, ограниченным судом в дееспособности, указанные в п.1 ст.178 ГК. Сделка по распоряжению имуществом, совершенная гражданином, ограниченным судом в дееспособности вследствие злоупотребления спиртными напитками, наркотическими средствами или психотропными веществами, может быть признана судом недействительной по иску попечителя. Это правило не распространяется на мелкие бытовые сделки, заключенные таким гражданином.

Ко второй группе недействительных сделок относятся сделки, совершенные юридическим лицом, выходящие за пределы его правоспособности, а также сделки, совершенные с превышением полномочий гражданина или органа юридического лица:

а) Недействительной может быть признана сделка, совершенная юридическим лицом в противоречие с целями его деятельности.

б) Недействительна сделка, совершенная юридическим лицом, не имеющим лицензии на занятие соответствующей деятельностью.

Иск о признании таких сделок недействительными может предъявить учредитель (участник) этого юридического лица или государственный орган, осуществляющий контроль или надзор за деятельностью юридического лица. Иск подлежит удовлетворению, если другая сторона в сделке знала или в силу акта законодательства обязана была знать о ее неправомерности, но заключила такую сделку умышленно или по неосторожности (ст.174 ГК).

в) Сделка может быть признана судом недействительной на том основании, что гражданин или орган юридического лица при заключении сделки вышел за пределы полномочий, предоставленных ему договором (например, договором поручения), или учредительными документами юридического лица (ст.178 ГК). Иск о признании такой сделки недействительной может предъявить лицо, в интересах которого установлены ограничения полномочий его представителя или органа.

Что такое «порок воли»? Перечислите психологические критерии порока воли

Наличие воли, волевой регуляции поведения в структуре целенаправленной деятельности человека свидетельствует о его умысле на совершение им тех или иных действий, а в случае противоправного их характера — об умышленной вине содеянного.

Однако в юридической литературе в отличие от психологической можно встретить выражение «порок воли». В психологии такое понятие отсутствует. Поэтому, признавая некоторый условный характер данного термина, вместе с тем следует отметить, что он употребляется юристами, когда говорят о каких-то эмоционально-волевых личностных нарушениях, о некоторой интеллектуально-волевой неполноценности регуляции субъектом своего значимого с правовой точки зрения и собственных интересов поведения. Такой сниженный уровень волевой регуляции субъектом своих действий, не выходящий за пределы психической нормы, в рамках вменяемости выражается в его сниженной способности всесторонне оценивать ту или иную значимую для него ситуацию и адекватно ей и своим возможностям принимать решения, эффективно руководить своими действиями, направленными на достижение поставленных целей (см. ч. 1 ст. 177 ГК РФ).

Объективно это может иметь место при заключении сделок и проявляется в несоответствии воли субъекта его волеизъявлению, неадекватности самого акта волеизъявления подлинным интересам данной личности.

Кроме того, явление, которое называют «пороком воли», может иметь место и в тех случаях, когда воля и непосредственно само волеизъявление совпадают. Однако порочна интеллектуальная сторона поведения субъекта, вследствие чего у него формируется искаженное представление о цели (результате) сделки под влиянием ошибочной ее оценки, и тогда мы имеем дело с «заблуждением, имеющем существенное значение» (ч. 1 ст. 178 ГК РФ).

Таким образом, понятие «порок воли» означает неполноценность волевой регуляции субъектом принимаемых им решений, своего поведения при отстаивании собственных интересов (интересов своих близких) во время заключения гражданско-правовых сделок.

О том, что у субъекта снижен уровень волевой регуляции, могут свидетельствовать прежде всего психологические критерии «порока воли», а также чисто оценочные объективные критерии, которые могут быть установлены самим судом в ходе судебного заседания при решении вопроса о признании недействительности заключенной сторонами гражданско-правовой сделки.

К психологическим критериям, подтверждающим наличие у субъекта сниженной способности руководить своими действиями в пределах психической нормы, можно отнести следующие факторы:

  • — сниженный уровень интеллекта, существенно осложняющий принятие человеком важных для него решений в нестандартных ситуациях в условиях когнитивного диссонанса, затрудняющий прогнозирование, планирование им своих последующих действий (соответствующие этому уровню интеллекта низкие значения факторов В, Qi по 16-ФЛО);
  • — наличие определенных устойчивых черт характера, составляющих в своей совокупности синдром так называемой «сниженной волевой устойчивости», формирующих «конформный тип» личности человека, решения которого очень часто принимаются им под влиянием каких-то внешних, порой случайных обстоятельств, под воздействием группового мнения; ведущими свойствами характера таких лиц являются: повышенная тревожность, постоянная озабоченность, избыточная осторожность, чрезмерная подозрительность, мнительность, склонность постоянно усложнять происходящие вокруг себя события; отсюда неуверенность в себе и в своих возможностях, отсутствие инициативы, самостоятельности, смелости в выборе собственной линии поведения, в достижении поставленной цели, сниженный самоконтроль (низкие значения факторов Е, F, G, H, Q2 и особенно фактора Q3 по 16-ФЛО);
  • — заниженные самооценка, уровень притязаний, вызывающие у субъекта чувство собственной неполноценности, ожидание всевозможного рода неудач;
  • — наличие в мотивационной сфере личности в качестве ведущих мотивов избегания неудачи;
  • — сниженный уровень эмоциональной устойчивости (стрессоустойчивости) личности, существенно затрудняющий осуществлять субъекту должный волевой контроль за своими эмоциями и поведением (при низких значениях фактора С в сочетании с высокими значениями факторов О, Q4 по 16-ФЛО).

Установление перечисленных выше факторов (психологических критериев), косвенно подтверждающих сниженные способности субъекта к волевой регуляции своего поведения, к волеизъявлению («порок воли»), входит в компетенцию судебно-психологической экспертизы, имеющей в своем распоряжении достаточно большой и разнообразный набор психодиагностических методик, позволяющих выявлять волевые качества субъекта.

К объективным критериям, подтверждающим сниженные способности субъекта к волевой регуляции своего поведения («порок воли»), могут быть отнесены любые фактические данные о поведении субъекта, его высказываниях, которые устанавливаются в ходе судебного заседания путём его допроса, а также иных свидетелей, хорошо знающих данное лицо и способных охарактеризовать его поведение в повседневной жизни, то есть в процессе доказывания по делу.

Окончательный вывод суда о сниженном уровне волевой регуляции субъектом своего поведения, о его недостаточной способности понимать значение своих действий или руководить ими в пределах психической нормы формируется на основе психологических и объективных критериев, рассмотренных выше.

Установление патологических психических состояний, психических расстройств и заболеваний у субъекта, которые отрицательно повлияли на процессы его волевой регуляции, волеизъявления, нарушили его целенаправленную деятельность, служит безусловным основанием для признания недействительности заключенной им сделки, а в уголовном праве — основанием для признания лица невменяемым со всеми вытекающими из этого правовыми последствиями.

В остальных же случаях дефекты волеизъявления, волевой регуляции поведения («порок воли») в совокупности с другими обстоятельствами могут рассматриваться как подтверждение того, что противоправные действия могли быть совершены по «легкомыслию», а лицо, их совершившее, не отличалось необходимой внимательностью и предусмотрительностью (ст. 26 УК РФ).

Юристу с развитой волей присущи следующие черты характера:

  • — целеустремленность, т.е. ясное представление того, чего он хочет добиться, определение главной и второстепенных целей;
  • — носят чисто иллюстративный характер, ни в коей мере не исключающий и другие психологические тесты, с помощью которых можно оценивать уровень волевых качеств личности;
  • — решительность, которая проявляется в продуманном, своевременном принятии решений относительно того, какими путями и способами необходимо добиваться цели, и в планомерном осуществлении поставленной задачи;
  • — настойчивость, способность вопреки различным трудностям идти к поставленной цели, довести начатое дело до конца;
  • — выдержка, самообладание, проявляющиеся в умении сдерживать проявление отрицательных психических состояний, эмоций, мешающих достижению цели;
  • — самостоятельность, выражающаяся в способности противостоять посторонним воздействиям; самостоятельность тесно связана с инициативой, творческим подходом к решению возникающих задач, с умением аргументированно отстаивать собственную точку зрения и добиваться её осуществления; самостоятельность ничего общего не имеет с негативизмом, упрямством, немотивированным отрицанием других мнений.

Воля определяет многие положительные качества юриста: его исполнительность, дисциплинированность, самоотверженность, мужество, смелость.

Сделки с пороками воли в новой редакции Гражданского кодекса Российской Федерации



Законом Российской Федерации от 7 мая 2013 года № 100-ФЗ «О внесении изменений в подразделы 4 и 5 раздела I части первой и статью 1153 части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее — Закон № 100-ФЗ), значительное большинство норм которого вступило в силу с 1 сентября 2013 года, внесены существенные изменения в Гражданский кодекс Российской Федерации от 30 ноября 1994 года (далее — Гражданский кодекс, ГК РФ). К таким изменениям, в том числе, относятся поправки главы 9, посвященной недействительным сделкам. В связи с этим представляется актуальным проанализировать отдельные измененные нормы Гражданского кодекса, затрагивающие институт недействительных сделок, в частности оспоримых сделок, причины таких изменений и их возможные последствия.

Гражданским кодексом предусмотрена целая группа оспоримых сделок, недействительность которых связывается с отсутствием или неправильным формированием внутренней воли лица, совершающего сделку. Эта группа сделок связана с нарушением юридически значимой воли лица, совершающего волеизъявление в качестве стороны сделки, или с нарушением порока воли. По общему правилу порок воли при совершении сделок может быть обусловлен отсутствием, неправильным формированием или несоответствием волеизъявления внутренней воле лица, заключающего сделку.

Основания оспоримости таких недействительных сделок можно разделить на две группы:

− сделки, в которых порок воли связан с самим лицом, совершающим сделку (ст. ст. 177, 178 ГК РФ);

− сделки, в которых порок воли связан с внешним воздействием на лицо, совершающее сделку (ст. 179 ГК РФ).

Такое деление обусловлено не только причинами неправильного формирования воли, но и наступлением различных по тяжести последствий для контрагента.

  1. Сделки, в которых порок воли связан с лицом, совершающим сделку, указаны, как уже говорилось выше в ст. ст. 177, 178 ГК РФ, которые ниже будут рассмотрены более детально. К ним относятся сделки, совершенные гражданином, не способным понимать значение своих действий или руководить ими, и сделки, совершенные под влиянием существенного заблуждения.

В ст. 177 ГК РФ предусмотрена оспоримость сделок, совершенных хоть и дееспособным гражданином, но в момент совершения сделки не способным осознавать значение своих действий или руководить ими.

Под неспособностью осознавать значение своих действий или руководить ими следует понимать состояние, когда лицо не осознавало окружающей его обстановки, не понимало значение производимых им действий и не могло руководить ими. При этом причин возникновения такого состояния законом не предусмотрено. Поэтому можно предположить, что причинами указанных выше состояний могут быть как обстоятельства, не связанные с действием лица (например, сильное эмоциональное потрясение, болезнь, психическое расстройство), так и обстоятельства, вызванные непосредственно действиями гражданина (наркотическое или алкогольное опьянение). К числу таких обстоятельств в том числе, по мнению Ф. С. Хейфеца, может быть отнесено состояние гипноза .

Конечно, существование данных обстоятельств в момент совершения сделки должно быть доказано, что является необходимым условием оспаривания сделки. Как правило, доказывание таких обстоятельств представляет определенные практические трудности. В первую очередь это связано с тем, что действия оцениваются спустя определенное время. Обычно в целях доказывания проводится судебная экспертиза.

Законом определен круг лиц, которые могут обратиться с требованием о признании таких сделок недействительными. Прежде всего, это сам гражданин, совершивший сделку в указанном состоянии, а также иные лица, чьи права и охраняемые законом интересы сделкой были нарушены. К таким лицам можно отнести наследников, супруга или других членов семьи, опекуна или попечителя (назначенных в результате последующего признания гражданина недееспособным или ограниченным в дееспособности). Соответственно помимо доказывания существования обстоятельств, мешающих стороне сделки осознавать свои действия и руководить ими, необходимо доказывать наличие реально нарушенных сделкой прав и законных интересов. Например, если все условия оспаривания соблюдены и доказаны обстоятельства, в силу которых лицо не осознавало своих действий, но при этом сделка совершена к выгоде лица и не нарушает его права, то такая сделка не будет признана недействительной.

К сделкам, совершенным гражданином при непонимании своих действии и поступков, а также неспособности ими руководить, применяются правовые последствия, установленные для сделок, совершенных недееспособным лицом (указание на это содержится в п. 3 ст. 177 ГК РФ). Каждая из сторон такой сделки обязана возвратить другой все полученное в натуре, а при невозможности возвратить полученное в натуре — возместить его стоимость. Дееспособная сторона обязана, кроме того, возместить другой стороне понесенный ею реальный ущерб, если дееспособная сторона знала или должна была знать о недееспособности другой стороны.

С внесением изменений в Гражданский кодекс новым в описании положений статьи 177 стало дополнение о том, что сделка, совершенная гражданином, впоследствии ограниченным в дееспособности вследствие психического расстройства, может быть признана судом недействительной по иску его попечителя, если доказано, что в момент совершения сделки гражданин не был способен понимать значение своих действий или руководить ими и другая сторона сделки знала или должна была знать об этом (абзац 2 п. 2 ст. 177 ГК РФ). Данное правило вступило в силу совсем недавно, а именно 2 марта 2015 года, а его введение обусловлено изменениями ст. 30 ГК РФ.

С практической точки зрения данное изменение приобретает значение при определении лица, обладающего правом на иск (попечитель), и определении последствий такой сделки. Для этого вводится правило о добросовестности контрагента. А именно незнание контрагента об особом психическом состоянии другой стороны в момент совершения сделки освободит его от негативных последствий. Это правило введено, так как при совершении сделки для контрагента может быть неочевидно психическое расстройство ограниченно дееспособного лица, в отличие от состояний полной недееспособности лица.

Если статья 177 значительных изменений не претерпела, то в статью 178 Законом № 100-ФЗ внесены концептуальные уточнения, начиная с ее названия и заканчивая последствиями совершения сделки.

В первую очередь положения статьи были изменены в связи с недостаточной ясностью формулировок, затрудняющих определение и доказывание заблуждения. По поводу высказывался К. И. Скловский: «Само по себе такое основание оспаривания сделки, как заблуждение, вытекает из природы сделки. Сделка связывает того, кто ее совершил, поскольку он правильно воспринимает сложившуюся жизненную ситуацию и осознает последствия своего решения. В случае ошибки лица, совершившего сделку, она утрачивает свое социальное назначение и не может быть поддержана законом» .

На необходимость уточнения положений о существенном заблуждении гражданина также было указано в пункте 5.2.4. Концепции развития гражданского законодательства Российской Федерации, одобренной Советом при Президенте Российской Федерации по кодификации и совершенствованию гражданского законодательства 7 октября 2009 года (далее — Концепция развития гражданского законодательства, Концепция): «целесообразно уточнить критерии, используемые в законе для отнесения заблуждения лица, совершившего сделку, к заблуждениям, имеющим существенное значение и позволяющим оспаривать сделку на основании статьи 178 ГК».

В результате Законом № 100-ФЗ закрепляется уточнение о существенности заблуждения, более того, приводится перечень условий, при которых заблуждение считается достаточно существенным для оспаривания сделки.

Первым из таких условий названо допущение стороной очевидной оговорки, описки, опечатки. Ранее законодатель, а вслед за ним и судебная практика не признавала такого рода ошибки основаниями для квалификации сделки как сделки, совершенной под влиянием заблуждения. Например, в соответствии с определением Высшего Арбитражного суда Российской Федерации ошибка истца, допущенная при указании цены контракта, не может быть названа в качестве существенного заблуждения в силу отсутствия правовых на то оснований (Определение ВАС РФ от 30 сентября 2010 года № ВАС-13020/10 «Об отказе в передаче дела в Президиум Высшего Арбитражного суда Российской Федерации»).

Уточняется такое основание для заблуждения, как предмет сделки. Если в прежней редакции Гражданского кодекса существенным является заблуждение относительно качеств предмета сделки, которые значительно снижают возможности его использования по назначению, то с внесением изменений заблуждение в отношении предмета сделки, прежде всего, касается свойств вещей, работ и услуг (подпункт 2 п. 2 ст. 178 ГК РФ). Но не любых свойств, а лишь таких, которые считаются существенными в обороте.

Как и прежде, заблуждение о природе сделки является существенным заблуждением. Относительно понятия предмета сделки в научной литературе нет единого подхода. В данной работе в качестве отправной точки взята позиция Г. Ф. Шершеневича, который природу договора определял, как «юридическое последствие, на которое направлена согласная воля двух или более лиц» . Таким образом, под природой сделки в данной работе понимается юридический результат, который стороны желают достичь. Примером заблуждений относительно природы сделки могут быть случаи, когда сторона намеревалась совершить одну сделку, а в результате была совершена другая. Например, весьма распространены в судебной практике дела, когда вместо ренты с иждивением совершается дарение, вместо хранения — аренда.

Существенным заблуждением названо заблуждение в лице, с которым сторона вступает в сделку, или лице, связанном со сделкой. Стоит отметить, что определенную неясность вызывает формулировка относительно «лица, связанного со сделкой», с заблуждением в личности которого закон также связывает существенное заблуждение. На это Л. В. Санникова пишет: «Понятие «лицо, связанное со сделкой» не имеет на сегодняшний день какого-либо внятного содержания. Но ясно, что речь идет в первую очередь о лицах, которые формируют волю и волеизъявление в сделке (например, руководитель юридического лица)» .

Последним условиям для признания заблуждения существенным закон называет заблуждение в обстоятельствах, которые сторона упоминала в своем волеизъявлении или из наличия которых она с очевидностью для другой стороны исходила при совершении сделки. Например, если арендованное помещение оказалось непригодным для продажи алкогольной продукции вследствие отрицательного санитарного заключения, а арендатор при заключении договора аренды уведомлял арендодателя о намерении продавать алкогольную продукцию в арендуемом помещении, сделка может быть оспорена .

Хоть в Гражданском кодексе теперь и определен перечень условий для квалификации существенного заблуждения, все же как единственной догмой им руководствоваться неправильно. В частности, при решении вопроса о существенности заблуждения необходимо учитывать и субъективные факторы, относящиеся к участнику сделки, как это делают суды. Вместе с тем в соответствии с пунктом 3 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 10 декабря 2013 года № 162 (далее — письмо Президиума ВАС РФ № 162) заблуждение относительно правовых последствий сделки не является существенным.

Важным уточнением в новой редакции Гражданского кодекса стало закрепление правила о том, что оспаривание сделки возможно только в случае, когда истец не совершил бы сделку, зная действительное положение дел (п. 1 ст. 178 ГК РФ). Исходя из императивности регулирования данного положения, следует, что истец должен доказать, что он не совершил бы такую сделку, зная о действительном положении дел. Думается, такое требование введено для избежания формального подхода к установленному перечню заблуждение и попыток подогнать под установленный перечень те или иные условия заключения сделок.

Закон не указывает на то, когда должно иметь место заблуждение. На практике же отмечается, что заблуждение должно иметь место в момент совершения сделки. А вот причины заблуждения значения не имеют: заблуждение может быть как по вине самого заблуждающегося, так и по причинам, зависящим от другой стороны или третьих лиц, а также от иных обстоятельствах.

Новая редакция Гражданского кодекса предусматривает два условия, когда сделка не признается недействительной:

− если другая сторона (контрагент) выразит согласие на сохранение сделки на тех условиях, из представления о которых исходила сторона, действовавшая под влиянием заблуждения (п. 4 ст. 178 ГК РФ);

− если заблуждение, под влиянием которого действовала сторона сделки, было таким, что его не могло бы распознать лицо, действующее с обычной осмотрительностью и с учетом содержания сделки, соответствующих обстоятельств и особенностей сторон (п. 5 ст. 178 ГК РФ).

Последнее утверждение является оценочным, которое означает, что лицо, действующее с обычной осмотрительностью и учитывающее все обстоятельства совершения сделки, должно было избежать заблуждения. Подобное дело было приведено в пункте 5 письма Президиума ВАС РФ № 162. Согласно ему арендатор ссылался на то, что помещение, сдаваемое в аренду, непригодно для осуществления медицинских услуг. В иске было отказано, так как арендатор мог до заключения договора увидеть, что помещение находится в подвальном этаже, в силу чего и непригодно для осуществления необходимой деятельности.

Также существенные изменения коснулись последствий оспоримых сделок, совершенных под влиянием существенного заблуждения. Несмотря на то, что сохранились общие положения о двусторонней реституции, претерпели изменений правила о взыскании реального ущерба. В прежней редакции предусматривалась возможность взыскания только реального ущерба с контрагента, если он был виновен в заблуждении. Если же данный факт не был доказан, то истец сам был обязан возместить ущерб другой стороне вследствие своего заблуждения. В новой редакции Гражданского кодекса предусмотрена возможность требования истцом с контрагента не только реального ущерба, но и иных убытков, включая упущенную выгоду, но опять же только в том случае, если он докажет, что заблуждение вызвано обстоятельствами, за которые отвечает другая сторона. Вместе с тем сохранена норма о том, что истец обязан возместить реальный ущерб, если другая сторона не знала или не должна была знать о заблуждении. Стоит отметить, что теперь законодатель не использует теперь понятие «вина» в отношении другой стороны. Сделано это неслучайно, так как наличие вины по большому счету является обманом, а это уже состав оспоримых сделок, предусмотренный ст. 179 ГК РФ о сделках, совершенных, в том числе под влиянием обмана.

  1. Итак, следующая группа сделок с пороком воли — это сделки, в которых порок воли связан с внешним воздействием на лицо, совершающее сделку. На такие сделки указывает ст. 179 ГК РФ, содержание которой также претерпело значительные изменения в соответствии с Законом № 100-ФЗ, о чем речь пойдет ниже.

Относительно юридических составов таких оспоримых сделок, по-прежнему сохранено правило о том, что сделки могут быть признаны недействительными, если:

− совершены под влиянием обмана;

− совершены под влиянием насилия;

− совершены под влиянием угрозы;

− они являются кабальными сделками, совершенными на крайне невыгодных условиях вследствие стечения тяжелых обстоятельств.

Оспаривать такие сделки может только потерпевшая сторона сделки.

Далее необходимо определить, что следует понимать под обманом, насилием, угрозой и кабальной сделкой.

Г. Ф. Шершеневич писал, что «обман является намеренным возбуждением в другом лице ложного представления. Поэтому сделка, совершенная под влиянием обмана, обсуждается по тем же началам, что и сделка, совершенная под влиянием заблуждения, с тем только отличием, что к обманутому следует предъявлять менее строгие требования, чем к заблуждающемуся, потому что интерес его контрагента менее заслуживает защиты» .

В юридической литературе обманом принято считать намеренное введение другой стороны в заблуждение для склонения ее к решению о необходимости заключить сделку на предложенных этой стороной условиях. Не является обманом для целей применения статьи 179 Гражданского кодекса сообщение ложных сведений, которые не влияют на принятие решения о совершении сделки. Многие юристы отмечают, что обман легко спутать с заблуждением. На это В. П. Крашеннинков указывал, что «отличием обмана от заблуждения является то, что обман может касаться любых обстоятельств (в том числе мотивов совершения сделки), влияющих на решение о заключении сделки, а не только тех, которые в силу закона или характера сделки имеют существенное значение» .

Важным изменением в новой редакции Гражданского кодекса стало то, что теперь в качестве обмана указываются ситуации намеренного умолчания с целью обмана. Теперь под обманом понимается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота (п. 2 ст. 179 ГК РФ). Косвенно на понимание умышленного молчания в качестве обмана было указано еще в ст. 944 ГК РФ, когда при заключении договора страхования страхователь обязан сообщить страховщику известные страхователю обстоятельства, имеющие существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая и размера возможных убытков от его наступления (страхового риска), если эти обстоятельства неизвестны и не должны быть известны страховщику. На это же указывали суды, определяя, что обман может касаться не только обстоятельств, приведших к совершению сделки (то есть находящихся в причинной связи с совершением сделки), но и всех иных обстоятельств, о которых добросовестная сторона должна была сообщить .

Таким образом, посредством введения правила о намеренном умолчании в Гражданском кодексе в отношении оспоримых сделок не в первый раз делается акцент на добросовестность поведения сторон сделки.

Отдельно остановиться следует на третьем абзаце п. 2 ст. 179 ГК РФ, который предусматривает следующее. Сделка, совершенная под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом, может быть признана недействительной по иску потерпевшего при условии, что другая сторона либо лицо, к которому обращена односторонняя сделка, знали или должны были знать об обмане. Считается, в частности, что сторона знала об обмане, если виновное в обмане третье лицо являлось ее представителем или работником либо содействовало ей в совершении сделки. Ранее данная норма Гражданского кодекса отсутствовала. Вместе с тем необходимость закрепления данного правила признавалась Концепцией развития гражданского законодательства: «Следует дополнить статью 179 ГК положениями, регулирующими отношения сторон по сделке в случаях обмана, исходящего от третьего лица. В подобных случаях оправданно признавать сделку недействительной по иску обманутого лица лишь при условии, что другая сторона, а также лицо, к чьей пользе обращена односторонняя сделка, знает или должно знать о состоявшемся обмане» (пункт 5.2.5.).

Как видно, Законом № 100-ФЗ данное положение учтено.Однако из толкования нормы следует, что истец обязан доказать факт того, что контрагент знал или должен был знать об обмане.То есть установлена презумпция, предполагающая, что сторона знала об обмане, если виновное в обмане третье лицо являлось ее представителем или работником либо содействовало ей в совершении сделки.

Итак, суммируя выше сказанное, можно предположить, что под обманом следует понимать умышленное введение стороны сделки в заблуждение как другой стороной сделки, так и третьим лицом в отдельных случаях, для склонения стороны заключению сделку на условиях, предложенных другой стороной. При этом обман может иметь место как в форме действия, так и в форме бездействия (намеренного умолчания).

Следующими по составу в рассматриваемой статье названы сделки, совершенные под влиянием угрозы и насилия. Как указывала Л. В. Санникова, «угроза представляет собой психическое воздействие на волю лица посредством заявлений о реальном причинении ему зла в будущем, если оно не совершит сделку. Как и насилие, угроза может быть направлена и против лиц, близких участнику сделки. Насилие — это причинение лицу физических или душевных страданий, вследствие которых волеизъявление не соответствует истинной воле стороны сделки» . То есть угроза проявляется в психическом воздействии на принуждаемого, а насилие — в форме физических побоев в виде телесных повреждений, нанесении побоев, ограничении или лишении свободы передвижения принуждаемого либо в других неправомерных действия (например, причинении вреда имуществу). Не исключено оспаривание сделки, если насилие применяется не к стороне сделки, а к его близким родственникам. Более того, угроза может состоять в совершении правомерного действия (угроза осуществить право), если под влиянием этой угрозы сторона совершила сделку, не связанную с указанным правом. Указание на это содержится в пункте 14 письма Президиума ВАС РФ № 162: «суд удовлетворил иск о признании сделки недействительной на основании статьи 179 ГК РФ и применении последствий ее недействительности, поскольку она была заключена не в результате самостоятельного свободного волеизъявления, а под влиянием угрозы, которая хотя и выражалась в возможности совершения правомерных действий, но была направлена на достижение правовых последствий, не желаемых потерпевшей стороной. Угроза осуществить право является основанием для признания сделки недействительной, если под влиянием этой угрозы сторона совершила сделку, не связанную с указанным правом… Воля истца при заключении оспариваемой сделки тем не менее была в значительной степени деформирована этой угрозой… Истец при заключении спорной сделки был лишен возможности в полной мере самостоятельно устанавливать свои права и обязанности своей волей и в своем интересе» .

Обязательным условием признания оспоримой сделки недействительной является то, что совершенные угроза или насилие должны быть непосредственной причиной совершения сделки.

Для кабальной сделки характерны следующие признаки:

− обстоятельства не являлись предвиденными и не могли быть предусмотрены заранее (например, предпринимательский риск исключает стечение обстоятельств, когда плохое материальное положение вызвано неудачной коммерческой деятельностью);

− причинно-следственная связь, когда неблагоприятные обстоятельства должны привести к тяжелому материальному положению;

− сделка заключается на условиях, крайне невыгодных для потерпевшей стороны. К крайне невыгодным условиям может относится чрезмерное превышение цены относительно иных договоров такого вида . Кроме того, хоть в новой редакции данное положение не нашло закрепления, но для определения крайне невыгодных условий можно руководствоваться Концепцией развития гражданского законодательства, в которой сказано, что «сделка может считаться совершенной на крайне невыгодных условиях, если цена, процентная ставка или иное встречное предоставление, получаемое или передаваемое потерпевшей стороной, в два или более раза отличается от предоставления другой стороны» (пункт 5.2.6.);

− одна сторона сделки понимает, что данные обстоятельства создают для другой стороны крайне невыгодное положение, но пользуется сложившейся ситуацией в своих или чужих интересах для заключения сделки.

Особенностью перечисленных в статье 179 оспоримых сделок является исчисление сроков исковой давности. Для таких сделок в п. 2 ст. 181 ГК РФ установлено, что течение исковой давности начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена такая сделка, либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Последним существенным изменением оспоримых сделок, совершенных под влиянием обмана, насилия или угрозы, а также на крайне невыгодных условиях, стали изменения, затрагивающие последствия таких сделок. Вместо односторонней реституции введено общее правило о последствиях недействительности сделки в виде двусторонне реституции. При этом ушло в прошлое положение о применении к этим сделкам конфискационных санкций в пользу Российской Федерации. В пользу потерпевшей стороны вместо возмещения реального ущерба по новому правилу осуществляется взыскание убытков с виновной стороны. Вместе с тем определено, что виновная сторона несет риск случайной гибели предмета сделки.

Такое изменение в значительной мере преследовало цель реанимировать в судебной практике дела по требованиям о признании оспоримых сделок недействительными по основаниям статьи 179 Гражданского кодекса. Ранее сделки, совершенные под влиянием обмана, угроз, насилия, признавались судами недействительными крайне редко, прежде всего, из-за наличия такой жесткой санкции, как конфискация полученного по сделке. Ожидается, что применение двусторонней реституции облегчит истцам оспаривание сделок по рассмотренным основаниям.

Подводя итоги анализа новелл Гражданского кодекса относительно оспоримых сделок с пороками воли, можно констатировать кардинальные изменения в правовом регулировании признания таких сделок недействительными.

Во-первых, существенно переработаны положения ст. 178 ГК РФ для определения существенного заблуждения, установления более широкого перечня ситуаций, которые определяются, как существенное заблуждение. Вместе с тем указаны ограничения, из которых даже при наличии существенного заблуждения сделка не может быть признана недействительной. В ст. 179 ГК РФ законодатель, хоть и косвенно, но дает определение обмана другой стороной сделки либо третьей стороной, также указывается, когда обман со стороны третьего лица не имеет значения. Данные нововведения призваны облегчить квалификацию оспоримых сделок по основаниям статей 178, 179 ГК РФ и очертить потенциальному истцу круг фактов, которые надо будет доказывать.

Во-вторых, в сделках с пороками воли законодатель повышает значение добросовестного поведения сторон сделки (например, устанавливая нормы о намеренном умолчании).

В-третьих, значительно меняется регулирование определения правовых последствий признания сделок недействительными по основаниям, установленным статьями 178, 179 Гражданского кодекса. Так, можно сказать, что для оспоримых сделок, совершенных под влиянием существенного заблуждения, последствия ужесточены (помимо сохраненной двусторонней реституции и взыскания реального ущерба, который по общему правилу должен быть возмещен заблуждающейся стороной) введением возможности требовать иные убытки, в том числе упущенную выгоду. А для оспоримых сделок, совершенных под влиянием обмана, угрозы, насилия и так далее, наоборот, правовые последствия в какой-то степени ослаблены: вместо односторонней реституции по общему правилу введена двусторонняя, отменена конфискация в пользу Российской Федерации, вместо возмещения реального ущерба осуществляется взыскание убытков, а в качестве ответственности виновной стороны признается риск случайной гибели предмета сделки.

В целом, проведенные изменения направлены на реанимирование статей 178 и 179 ГК РФ в гражданском обороте, так как их применение в прежних редакциях вызывало неоднозначные толкования в силу множества неясных формулировок.

Литература:

Пункт 2 статьи 30 Гражданского кодекса предусматривает, что гражданин, который вследствие психического расстройства может понимать значение своих действий или руководить ими лишь при помощи других лиц, может быть ограничен судом в дееспособности в порядке, установленном гражданским процессуальным кодексом. Над ним устанавливается попечительство.

Сделки с пороками воли

Сделки с пороками воли можно подразделить на сделки, совершенные без внутренней воли на совершение сделки, и сделки, в которых внутренняя воля сформировалась неправильно. Без внутренней воли совершаются сделки под влиянием насилия, угрозы, злонамеренного соглашения представителя одной стороны с другой стороной (статья 179 ГК), а также гражданином, не способным понимать значения своих действий или руководить ими (ст. 177 ГК), и сделки, совершенные под влиянием заблуждения (ст. 178 ГК).

Статья 177 ГК предусматривает недействительность сделок, совершенных гражданином, хотя и дееспособным, но находящимся в момент совершения сделки в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими.

Неспособность понимать значения своих действий или руководить ими должна иметь место в момент, когда сделка считается совершенной. При этом не имеет значения конкретная причина, которой вызвана неспособность понимать значение своих действий или руководить ими. Это могут быть наркотики, нервное потрясение, алкогольное опьянение, травма, болезнь. Иск в суд о признании недействительной сделки, совершенной гражданином не способным понимать значение своих действий или руководить ими, может предъявить сам этот гражданин, либо лицо, чьи права и охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

Так, гражданка Л. выдала доверенность гражданке С. на продажу ее квартиры и покупку дома в сельской местности. С. исполнила поручение, но спустя некоторое время, Л. обратилась в суд с заявлением о признании недействительным как договора поручения, так и договора о продаже ее квартиры и покупке ей дома в сельской местности. Суд удовлетворил исковые требования Л. о признании заключенных договоров недействительными, т.к. проведенная по делу судебно-медицинская экспертиза дала заключение, что Л. в момент оформления договора поручения, в силу своего состояния, не понимала значения своих действий. Архив городского суда г. Прохладного. 1996 г. Дело N 1- 67.

П. 2 ст.177 предусматривает, что сделка, совершенная гражданином, впоследствии признанным недееспособным, может быть признана судом недействительной по иску его опекуна, если доказано, что в момент совершения сделки гражданин не был способен понимать значения своих действий или руководить ими. При этом не имеет значения, что основание недействительности возникло до назначения опекуна. В отличие от сделок лиц, признанных недееспособными вследствие душевной болезни или слабоумия, сделки граждан, хотя и дееспособных, но находящихся в момент их совершения в таком состоянии, что они не могли понимать значение своих действий, не являются ничтожными, а могут быть оспорены в суде. Последствием признания такой сделки недействительной является двусторонняя реституция. Кроме того, сторона по сделке обязана возместить соответствующей стороне реальный ущерб, если будет доказано, что сторона знала или должна была знать о недееспособности другой стороны или нахождении ее в таком состоянии, когда она не могла понимать значение своих действий или руководить ими.

Статья 178 предусматривает недействительность сделок, совершенных под влиянием заблуждения.

Недействительность такой сделки основывается на том, что выраженная в ней воля участника неправильно сложилась вследствие заблуждения, и поэтому сделка влечет иные правовые последствия для него, нежели те, которые он в действительности имел в виду. Здесь имеет место порок самой воли, ее формирования, намерения субъекта, а не несогласованность, не порок выражения воли. И я думаю, что нельзя не согласиться с выводом Новицкого И.Б. о том, что при заблуждении можно говорить о пороке воли, т.к. «… хотя волеизъявление здесь вполне соответствует воле лица, но сама воля, само внутреннее решение складывается под влиянием ошибочного представления». Новицкий И.Б. Сделки. Исковая давность. М.,1954.С.103.

Заблуждение является основанием признания недействительными сделок как граждан, так и юридических лиц. Однако юридическое значение имеет не всякое заблуждение, а только существенное. Под таковым ГК понимает заблуждение относительно природы сделки либо тождества или таких качеств ее предмета, которые значительно снижают возможности его использования по назначению. Существенное заблуждение должно касаться главных элементов сделки. Последствия такого заблуждения либо неустранимы вообще, либо их устранение связано для заблуждавшейся стороны со значительными затратами. Заблуждение может касаться природы сделки, например, когда заблуждавшийся предполагает, что он заключает договор купли-продажи, а в действительности заключен договор найма. Заблуждением в тождестве следует считать заблуждение существенных условий соглашения, без которых двусторонняя сделка не может быть признана действительной, состоявшейся.См.: Ойгензихт В.А. Воля и волеизъявление. — Душанбе, 1983.- С.212.

Неправильное представление имеет место, например, когда предприятие приобретает оцинкованные трубы с недостаточным количеством цинка, вследствие чего трубы можно будет эксплуатировать значительно более короткое время, чем рассчитывал покупатель.См.:Постановление Президиума ВАС РФ от 3 февраля 1996г.(извлечения) /Вестник ВАС РФ. — 1996. Мелкие ошибки и незначительные расхождения между представляемыми и действительными последствиями сделки не могут служить основанием недействительности.

При решении вопроса о существенности заблуждения по поводу обстоятельств, указанных в ст.178, надо исходить из существенности данного обстоятельства для конкретного лица с учётом особенности его положения, состояния здоровья, значения оспаривемой сделки и т.д., а если таких особенностей нет — из средних представлений, сложившихся относительно соответствующих обстоятельств. В ГК особо подчёркнуто, что заблуждение в мотивах сделки не имеют существенного значения. Мотив сделки — это те обстоятельства, по которым лицо совершает сделку. И заблуждение в мотиве действительно нельзя рассматривать как основание для оспаривания сделки, это подрывало бы устойчивость гражданского оборота и препятствовало необходимой защите интересов другой стороны, которая была бы поставлена в зависимость от того, что не оправдались расчёты, намерения и желания участника сделки. Заблуждение в мотиве не может иметь правового значения и потому, что мотивы лежат вне сделки.

В судебной практике часто встречаются дела о признании сделки недействительной по ст.178 ГК. Приведу пример. Архив городского суда г. Прохладного. 1997. Дело №2-11.

Гражданка В. обратилась с иском в суд о признании договора дарения квартиры недействительным. Истица В. указала, что сын уговорил ее пойти в нотариальную контору и «решить вопрос с квартирой». Сын ввел ее в заблуждение, т.к. В. хотела сделать завещание на двух сыновей. В нотариальной конторе ей ничего не разъяснили, и она по неграмотности поставила под ним свою подпись. Данные факты нашли подтверждение, и суд признал договор недействительным по ст.178 ГК.

Ст.179 ГК предусматривает недействительность сделок, совершенных под влиянием обмана, насилия, угрозы, злонамеренного соглашения представителя одной стороны с другой или тяжёлых обстоятельств.

Данные сделки имеют два общих момента, которые позволяют объединить их в одну статью:

  • 1) Потерпевшая сторона в большинстве этих сделок лишена возможности свободно выразить свою волю и действовать в своих интересах, что противоречит основным началам гражданского законодательства, в соответствии с которым гражданские права приобретаются и осуществляются гражданами и юридическими лицами своей волей и в своих интересах.
  • 2) Волеизявление потерпевшего не соответствует его воле, т.к. при иных обстоятельствах сделка совершена не была бы вовсе или совершена на других условиях.

Правила ст.179 применяются как к гражданам, так и к юридическим лицам. Кроме того, следует отметить, что обман, угроза, насилие могут исходить не только от стороны сделки, но и от других лиц, действующих в её интересах. При заключении сделки под влиянием обмана на решение потерпевшего воздействует неправильное представление, которое исключает возможность надлежащего формирования воли субъекта. Под влиянием обмана складывается ошибочное намерение, принимается неправильное решение, возникает порок воли, приводящий к ошибочному волеизъявлению, Обман может относиться к любому элементу сделки, в том числе и к мотивам её заключения. Но необходимо чтобы его влияние было существенным для Формирования воли.

Как указывалось выше, при обмане, присоединяется ещё одно обстоятельство, а именно: умышленное, намеренное создание ложных представлений у контрагента или умышленное, намеренное использование уже имеющегося у него ложного представления в целях побуждения его к совершению сделки, которую он без обмана не совершил бы. Обман может выражаться как в форме действия, так и в форме бездействия.

Недействительной является сделка, которая совершена под влиянием угрозы.

Угроза — психическое воздействие на волю лица посредством заявлений о причинении ему или его близким физического или морального вреда, если он не совершит сделку. Угроза воздействует на психику субъекта. И воздействие происходит не столько на сознание, сколько непосредственно на волю путём применения психического принуждения: под влиянием страха субъект выражает свою волю, выбирая меньшее из двух зол. Неправильно говорить, что при угрозе отсутствует воля и имеется голое волеизъявление, вообще не выражающее внутренней воли,

При угрозе, как и при насилии, принуждение действует на психику субъекта. Субъект принимает решение, не соответствующее его истинным намерениям. Но угроза отличается от насилия по следующим признакам:

  • а) угроза — это не реализованное в действительности намерение причинить вред;
  • б) Угроза может выражаться как в возможности совершения правомерных действий (сообщение о преступной деятельности лица, наложение ареста на имущество), так и в возможности совершения неправомерных действий (причинение вреда жизни и здоровью, повреждение или уничтожение личного имущества).

Помимо всего этого, следует отметить, что для признания сделки недействительной вследствие угрозы необходимо, чтобы угроза была реальной, исполнимой и значимой. Эти моменты устанавливаются судом с учётом всех обстоятельств дела.

Уголовный кодекс РФ 1996 года впервые предусмотрел уголовную ответственность за принуждение к совершению сделки или отказу от ее совершения. Ст. 179 УК РФ устанавливает ответственность за принуждение к совершению сделки или отказу от её совершения под угрозой применения насилия, уничтожения или повреждения чужого имущества, а равно распространения сведений, которые могут причинить существенный вред правам и законным интересам потерпевшего или его близких. Таким образом, помимо того, что сделка: совершённая под влиянием обмана, насилия, угрозы, может быть признана недействительной по иску потерпевшего, угроза применения насилия, уничтожения или повреждения имущества потерпевшего, а также фактическое применение насилия влекут уголовную ответственность по ст. 179 УК РФ. Данное преступление совершается умышленно, т.е. лицо принуждает потерпевшего к совершению сделки или к отказу от её совершения, желает достигнуть этого, сознательно прибегая к действиям, указанным в ст. 179 УК.

Для признания недействительной кабальной сделки необходимо наличие одновременно двух признаков:

  • 1) нахождение лица, совершающего сделку, в тяжелых обстоятельствах;
  • 2) лицо совершает сделку вынужденно, т.е. помимо своей воли. В качестве примера кабальной сделки приведу одно из судебных дел, связанных с обменом жилых помещений.

По протесту заместителя Председателя Верховного Суда России Ростовский областной суд признал недействительной сделку по обмену трехкомнатной квартиры, нанимателем которой была гр-ка Ш., на однокомнатную квартиру в том же доме, где проживала семья Т. из трех человек, по следующим обстоятельствам: обмен состоялся в июне, а в августе Ш. обратилась в суд с иском о признании обмена недействительным, указав, что совершила его вследствие стечения тяжелых обстоятельств: в мае после тяжелой болезни умер ее муж, она тяжело переживала его смерть, в связи с чем была доставлена в больницу с острым нарушением мозгового кровообращения, а затем проходила амбулаторное лечение.

По словам Ш., воспользовавшись этим обстоятельством, Т. и ее муж склонили ее написать заявление об обмене квартиры. Оформление обменных документов, прописку и переезд осуществил без ее участия муж Т.

Удовлетворяя иск, суд указал, что обмен на крайне невыгодных для Ш. условиях был совершен вследствие стечения тяжелых обстоятельств, когда волю гражданина, хотя она и соответствует его действию, нельзя рассматривать как свободно сложившуюся, поскольку она формируется под влиянием этих обстоятельств.


Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *